Повышение утилизационного сбора на спецтехнику на 15% с июня 2018 года: новый уровень игры. Попробуем выжить

15.06.2018
Повышение утилизационного сбора на спецтехнику на 15% с июня 2018 года: новый уровень игры. Попробуем выжить

Содержание

Утилизационный сбор на спецтехнику (на жаргоне – «утиль») появился в нашей экономике в феврале 2016 года, нанеся серьёзный удар по всему рынку спецтехники, по карману тех, кто только собирался купить себе бульдозер или автогрейдер, и, конечно, по всем производителям спецмашин. Выдвигая эту программу, Правительство РФ подсчитывало, сколько сотен миллиардов за несколько лет принесут такие регулярные «взносы» в бюджет. Поскольку само явление утильсбора и, тем более, повышение его ставок регулярно пытается поставить под угрозу наше существование и работу наших партнёров – производителей спецтехники, будем говорить жёстко. Это то же самое, что радоваться сэкономленным для бюджета средствам от возможного повышения пенсионного возраста. Если много работников по всей России, регулярно испытывающих на работе стресс, немного не доживут до 65-ти лет, удастся им и вообще ничего не дать, то есть сохранить деньги… для развития других отраслей. К тому же, стресс на работе в рыночной экономике трудно не испытывать, так как все работодатели хотят требовать многого, причём от молодых и сильных, и платить за это минимум. Марксизм… ничего не попишешь.

Как родился утильсбор в 2016 году и как мы к нему привыкали

Утильсбор с 2016 года наделал много шума на рынке спецтехники: если во всех остальных отраслях знают о нём немного, то наши производители и покупатели машин, а также поставщики спецтехники, как «Машсервис», всё это время активно изобретали способы выживания и помощи друг другу. Для примера, за счёт утильсбора бульдозер «ЧТЗ» Б10М становился дороже на 1,05 млн рублей (эти деньги из кармана покупателя машины уходили в «бездонный карман» государства), автогрейдер ДЗ-98 – на 1,2 млн руб.  Рынок буквально бурлил:

  • продавали бульдозеры и автогрейдеры без навесного инструмента (на отдельно поставляемый инструмент не ложился утилизационный сбор);
  • покупали трактора «в мешках» в виде горы запчастей (700-800 позиций);
  • писали письма Правительству и Президенту РФ с жалобами и просьбой о помощи, сообщая о том, что то или иное производство по сборке прицепов либо тракторов гибнет, так как по таким ценам продукцию не покупают;
  • предлагали машины, произведённые до 2016 года и гораздо ранее;
  • что типично в таких случаях для России, старались ничего не покупать (особенно – из новой спецтехники)

Если государство ставит всевозможные препоны для покупки новых машин, владельцы будут стараться изо всех сил поддерживать работоспособность старых – вот и вся «борьба за экологию». Получается, что старым тракторам и грейдерам также повысили пенсионный возраст. Вместо понятия «купить бульдозер» снова выплыло на свет такое понятное и проверенное для России понятие, как «достать бульдозер» (перекупленный через avito.ru, собранный из старых запчастей и т.п.). Получается, постановления об утильсборе имеют совершенно обратный эффект – останавливают производства, заставляют наших заказчиков пользоваться «старьём».

Повышение утильсбора ещё на 15%: оказывается, то было только начало. Новый утилизационный сбор в цифрах

С мая 2017 года участников российского рынка спецтехники ещё больше залихорадило: поползли слухи о том, что это не всё, а только начало. Ставку утилизационного сбора обещали повысить. Свои соображения об этом мы писали в статье от 25.09.2017 г «О возможном повышении утилизационного сбора с 2018 года: доколе?.. «Страшно далеки они от народа». Заметим, что в период с 2016 до 2018 года, а также ранее, ничего для поддержки российских производителей спецтехники государством сделано не было. Однако Правительство своё слово (угрозу) выполнило: обещало в 2017 году повысить ставку утильсбора на 15% и в 2018 году повысило. Произошло это 31.05.2018 года, Постановление №639.

Теперь за вышеупомянутый автогрейдер ДЗ-98 покупатель (да, да, именно он!) должен выложить на 1,38 млн руб больше. Такого рода налоги в конечном итоге платит всегда покупатель. За грейдер ДЗ-122 среднего, а не тяжёлого класса, рядовому владельцу спецтехники придётся заплатить «лишних» 724 тысячи рублей «на поддержку отечественной промышленности». Каждый трактор и бульдозер будут дороже минимум на 431 тысячу рублей.

Суммы утилизационного сбора на примере нашей спецтехники

Базовая ставка для расчета размера утилизационного сбора в отношении самоходных машин и прицепов к ним равна 172500 рублей.

Наша техника Цена без сбора Цена со сбором Утилизационный сбор (без НДС)
Трактор Т10М (5-ти катковый) 3 935 000 ₽ 4 366 250 ₽ 431 250 ₽
Трактор Т10М (6-ти катковый) 4 035 000 ₽ 4 466 250 ₽ 431 250 ₽
Бульдозер Б10М (5-ти катковый) 4 175 000 ₽ 4 606 250 ₽ 431 250 ₽
Бульдозер Б10М (6-ти катковый) 4 275 000 ₽ 4 706 250 ₽ 431 250 ₽
Трактор Т10МБ 4 500 000 ₽ 4 931 250 ₽ 431 250 ₽
Бульдозер Б10МБ 4 840 000 ₽ 5 271 250 ₽ 431 250 ₽
Автогрейдер ДЗ-98 5 500 000 ₽ 6 880 000 ₽ 1 380 000 ₽
Автогрейдер ДЗ-122 5 200 000 ₽ 5 924 500 ₽ 724 500 ₽

Некоторые зарисовки с натуры о нашей промышленности

Решения правительственных структур уже многие годы очень далеки от проблем промышленности, что позволяет заподозрить, что руководство наше не совсем чётко представляет, как она устроена.

Хороших «технарей» не так много, количество специалистов, начиная с 90-х годов прошлого века, падает, потеряно для промышленности целое поколение, учившееся в 90-е. Промышленность – это организм большой и очень сложный, нужно не только фундаментальное техническое образование – нужны специалисты-практики. Только они в современной экономике могут понять, что, к примеру, даже партию шайб сейчас достать не всегда легко и придётся здорово побегать: полосу режут на одном предприятии, а пробивают на другом. У одной конторы нет гильотинных ножниц, у других – пробивочного пресса (у кого что осталось).

Наше мнение об увеличении утилизационного сбораХарактерен также для нашей экономики принцип «нарисуем – будем жить»: при продаже нового продукта делаются презентации для партнёров, трёхмерные модели техники и узлов, и все усилия направлены на получение предоплаты от заказчика. После этого начинаются лихорадочные дёргания, где взять того, что всё это сможет изготовить. Это касается и мелких контор, возомнивших, что они могут производить (собирать) что-то высокотехнологичное, и крупных, в прошлом славных, ныне – наполовину разворованных и живущих в прошлом веке заводов. Заводы держатся за небольшую, но постоянную зарплату и пенсионеров. Конторы – просто за своё желание выжить и сделать деньги.

В нашей экономике часто встречаются и горько-анекдотичные случаи: на одном крупном заводе уволился ведущий конструктор и ушёл со всеми чертежами специального дорогостоящего изделия. Радостно открыл собственную контору и выиграл тендер на поставку. Однако, имея на руках все чертежи, найти во всей России промышленное предприятие, согласное изготовить это изделие, не смог, - так и остался ни с чем. О нашем импортозамещении в среде производственников ходят шутки: «И берегись, Золушка, -после двенадцати часов твоё лицо превратится в тыкву…»

Вопрос: что руководство нашей страны знает обо всём этом? Судя по характеру годами принимаемых решений, мы полагаем, что ничего. Ведь эту ситуацию можно увидеть только изнутри, а промышленники и машиностроители в правительственные структуры давно уже не попадают.

Анализ Постановления №639 от 31.05.2018 г.: о ценообразовании и принципе невмешательства государства в экономику

Наши крамольные слова можно подтвердить анализом Постановления Правительства РФ №639 от 31.05.2018 года о повышении утилизационного сбора на 15%. Разберём, что в нём говорится:

  • В Постановлении №639 утверждается: цель Постановления – снижение импорта бывших в употреблении, неэкологичных самоходных машин.

Казалось бы, это политика протекционизма, защита своего производителя, так необходимая в нашей стране в 1990-е годы, когда наши заводы были просто разграблены и раздавлены. Вроде бы защита своего рынка от «внешнего врага».

Однако с тех пор утекло много воды: наша промышленность была сведена на нет, и стало разумно восстанавливаться с помощью хорошей импортной техники (чтобы затем снова дойти до производства своей), так как мы перестали выпускать очень много видов машин. Техника лишней не бывает. Это достаточно успешно происходило примерно с 2000 до 2008 года, а потом грянул ряд кризисов. С тех пор наш уровень жизни значительно упал, что показывают удвоившиеся с тех пор курсы евро и доллара. К 2017-2018 году смело можно сказать, что никакой импортной техники, ни новой, ни «бывшей в употреблении и неэкологичной», в значимых объёмах на нашем рынке нет. Рынок импорта скорее мёртв, чем жив, и ни один крупный поставщик по существующим «атомным» ценам на нём серьёзно не работает. Спросите инженеров, механиков, менеджеров, лет двадцать занимавшихся импортными станками, бульдозерами или кранами, где они сейчас работают, хорошо ли устроились. От кого же тогда мы защищаемся экономически такими кардинальными мерами?

  • В Постановлении заявлено: увеличение базовой ставки не приведёт к увеличению стоимости техники российского производства.

Вспоминается знаменитый М.А. Булгаков и разговор прокуратора Понтия Пилата с арестантом Иешуа Га-Ноцри. «Взвешивай каждое своё слово, ибо твоя жизнь висит на волоске. – Уж не думаешь ли ты, игемон, что это ты её подвесил?»

Наше государство не занимается ценообразованием на технику, ибо подобная деятельность сразу привела бы к контролю и анализу производства и его затрат… а тут и до Советского Союза недалеко. Однако наш рынок неконтролируемый и «дикий». Принцип невмешательства государства в экономику у нас был провозглашён примерно тридцать лет назад, и с тех пор светлые умы России никак не могут убедить руководство страны, что такому строю давно поставлена «единица».

Отступление о том, как сейчас рассчитывать правильные цены

Ещё иногда встречаются на крупных предприятиях архаичные пенсионеры-руководители, которые со вздохом вспоминают, как было раньше удобно рассчитывать средние цены на продукцию машиностроения через вес изделия. Сейчас на нашем рынке таким руководителям места нет.

Даже качественный расчёт материалоёмкости и трудоёмкости продукции и учёт незапланированных расходов не даст вам как руководителю предприятия правильной и точной цены на рынке. Вам придётся двигаться ощупью в темноте, проводя маркетинговый анализ, выманивая прайс-листы на выставках на стендах у конкурентов, примериваясь, за какие деньги покупают вашу продукцию. Ориентироваться надо на конкурентную среду, а также на карман покупателей – насколько он богат в вашей сфере деятельности. Возможен и отрицательный ответ, что вы выпускаете то, что, несмотря на все свои преимущества, по тем или иным причинам не имеет покупателя. Государство вам в этом вопросе не помощник, оно вас «не видит», контура обратной связи между производителем и государством нет. А может быть, нужно немного поднажать на рекламу, вложиться в сайт и выставки, и ежемесячный маркетинговый бюджет в пару миллионов рублей спасёт ваш бизнес и хорошо сдвинет его с места.

Откуда же в правительственных структурах знают, увеличится ли стоимость техники российского производства?

Минпромторг может ручаться в какой-то степени только за ценовой уровень продукции гособоронзаказа, потому что имеет о ней официальные данные, договора с производителями, спецсчета. Однако, в любом случае, это статистика, за сколько какая продукция была продана. Повлиять на ценообразование, за сколько производить и продавать, чтобы предприятию не разориться и чтобы купили, «сверху» сейчас невозможно. Иначе, сказав «а», надо сказать и «б», - придётся брать в руки экономические рычаги работы с предприятиями, наличествовавшие при Советском Союзе. Такие отношения государства с промышленными предприятиями поведут к коренным изменениям в нашем спонтанном рыночном хозяйствовании. Пришлось бы признать ошибочность нашего строя за последние 27 лет. Пока это в цели нашего Правительства не входит.

  • «По оценке Минпромторга России, принятые решения позволят обеспечить доход федерального бюджета от взимания утилизационного сбора в отношении самоходных машин и прицепов к ним в размере около 25 млрд рублей. Средства от уплаты утилизационного сбора направляются на поддержку российской промышленности».

25 млрд рублей – это, конечно, приятно. Что же касается поддержки промышленности – даже если какие-то попытки «давать деньги» каким-то предприятиям на государственном уровне делаются, следует учитывать, что промышленность не так просто «поддержать». Машиностроение нельзя «поддерживать», им надо заниматься. Принцип невмешательства государства в экономику для машиностроения никак не подходит и губителен. Предприятию не просто нужно купить станки, чтобы оно находилось на современном конкурентоспособном уровне. Нужно, как минимум:

  • разобраться, какие это должны быть станки, для каких техпроцессов, новых или уже практически «древних» (учтём, что со стороны самого предприятия может поступать не совсем верная, «фильтрованная» информация);
  • отследить кадровую политику, чтобы на предприятии создавались условия не только для прихода, но и для удержания и обучения молодых специалистов;
  • работать с программой модернизации производства, обновления цехов, строительства новых цехов, испытательных стендов;
  • отслеживать как распределение самих денежных средств, так и тот факт, дошли ли они вообще до завода (последнее в нашей экономике очень хромает);
  • инспектировать директора предприятия и его заместителей (возможно, они получают зарплату с шестью нулями при том, что зарплата токарей и фрезеровщиков так низка, что на предприятие невозможно привлечь молодые кадры).

Отметим откровенно, что про развитие отечественного тяжёлого машиностроения, станкостроения, краностроения мы уже лет двадцать не слышали с экранов наших телевизоров. Наверное, потому, что это очень трудная задача, либо близко к руководству страны нет компетентных специалистов, способных заступиться за машиностроение.   Преференции почему-то отдаются автомобилестроению (такое впечатление, что смешиваются понятия «машина» как автомобиль и «машиностроение»). Оно почему-то считается более достойным господдержки, чем, к примеру, станкостроение, которое находится «на самом дне». Однако стоит понимать, что легковой автомобиль – в какой-то степени элемент роскоши, на работу можно, как говорил в своё время А. Райкин, в случае чего и «преспокойно на трамвайчике добраться». А вот машиностроение как оснащение производств и строительства – это элемент выживаемости экономики и государства.

О проблемах крупных машиностроительных заводов: ценообразование «вслепую»

У немногих сохранившихся крупных предприятий отечественного машиностроения сейчас самыми большими проблемами являются:

  • низкая исполнительская дисциплина, срыв сроков поставки и спокойное к этому отношение («ничего, сдвинем график вправо»);
  • отсутствие тех блестящих кадров, которые ранее двигали наше машиностроение (чему-то поучиться, от конструкторов до рабочих, можно только у людей, которые не младше 60-70 лет);
  • ценообразование на продукцию.

Ни в каком постановлении не стоит утверждать, что из-за тех или иных процессов цены на технику российского производства не изменятся. Некоторые российские производители уже и сами понять не могут, что будет через полгода с их ценами.

Цена на металл растёт постоянно. Тендерная система закупок позволяет получать материалы и комплектующие со средним сроком полгода, и за это время ситуация на рынке полностью меняется, а сроки изготовления продукции могут стать несуразно огромными. За импортными комплектующими и ценами на них не угнаться в прогнозировании ни одному снабженцу.

Также имеется и та проблема, что, выпуская даже надёжную и качественную продукцию, пусть с большим срывом сроков, старые российские машиностроители привыкли окружающую рыночную среду «условно принимать за ноль». Они могут предлагать свои изделия по ценам в 2 раза дороже аналогичных немецких или чешских (это встречается, к примеру, в насосостроении) и вообще не исследовать рынок. При этом предприятие может пользоваться достаточно древним оборудованием и техпроцессами, старыми расчётами трудоёмкости тех времён, когда компьютерной техники не было.

Все эти вопросы в нашей экономике пока не решаются. Начнут ли они решаться сразу после повышения утилизационного сбора, сказать сложно.

Выводы

Мы работаем на рынке спецтехники около 10-ти лет, активно участвовали в его развитии и решении всех проблем по мере наших возможностей. В последние годы создаётся впечатление, что мы играем в некую сложную компьютерную игру, где условия создаёт, с одной стороны, государство, а с другой – рынок с его хаотичным регулированием, потому как тогда, когда действительно надо регулировать, государство отходит в сторону. Есть ощущение, что, пытаясь развиваться, мы переходим на всё новые уровни, где работать становится тяжелее. Наша задача – пройти вперёд, задача окружающей среды – нас остановить. Скорее всего, не мы одни, а и наши поставщики и заказчики, если задуматься,  чувствуют себя так же.

Утиль на 15% повысили с июня 2018 года

Мы, конечно, будем стараться выживать и по-прежнему предлагать машины и комплектующие. Наша сфера деятельности позволяет долго держаться на плаву за счёт поставок запчастей и выполнения ремонта, восстановления техники. Однако, конечно, нам горько смотреть, как многим нашим потенциальным заказчикам не достанутся новые машины и как с трудом, из последних сил будут тянуть свою лямку наши поставщики – производители бульдозеров, тракторов, автокранов, автогрейдеров.

Для нашего рынка наступает время «бабушкиного сундука на чердаке», когда будет извлекаться на свет и старательно поддерживаться и обслуживаться «старый хлам», ведь приобретение новых машин стало крайне затруднено.

Всем нашим партнёрам, поставщикам, заказчикам желаем хороших изворотливых менеджеров любого звена, в первую очередь – в руководстве компаний, которые смогут находить выход в усложняющихся условиях работы. Желаем хороших игроков.

Актуальная дискуссия: реальные истории господдержки машиностроительных предприятий. Кому на Руси стало жить хорошо?

В рамках этой темы мы хотели бы предложить нашим читателям обменяться историями и отзывами о том, какую поддержку предприятий машиностроения они видели от государства в последние годы и к каким результатам это привело:

  • Стали ли предприятия жить лучше?
  • Какие средства выделялись, эффективно ли расходовались?
  • Получили ли эти заводы новую технику и кадры, сформировали ли более конкурентоспособные цены?

Пожалуйста, пишите здесь о том, что знаете из своего опыта, это будет интересно всем. Ждём.

Каталог новой техники от Машсервис

Бульдозер Б10М
Цена: 4 455 000 руб.
Бульдозер-болотоход Б10МБ
Цена: 4 500 000 руб.
Бульдозер Б10М.0101-ЕН
Цена: 4 275 000 руб.
Бульдозер Б10М новый
Цена: 3 800 000 руб.
Бульдозер Б10М.0111-1Е
Цена: 4 175 000 руб.
Бульдозер Б10М.0101Е
Цена: 4 275 000 руб.
Бульдозер болотоход Б10Б.0121-2В4
4 640 000 руб.
Цена: 4 200 000 руб.
Сваебой СП-49Д
Цена: 6 500 000 руб.
Копер СП-49Д
7 000 000 руб.
Цена: 6 300 000 руб.
Автогрейдер ДЗ-98В
Цена: 6 200 000 руб.
Автогрейдер ДЗ-122
Цена: 5 200 000 руб.
Автогрейдер ДЗ-98
Цена: 5 500 000 руб.

Написать комментарий

Спасибо! Ваш комментарий будет опубликован после модерации.
Покупаем запчасти
Наши акции
62 000 руб.
Цена: 57 800 руб.
24 000 руб.
Цена: 21 500 руб.
50 500 руб.
Цена: 51 500 руб.
75 000 руб.
Цена: 54 500 руб.
65 000 руб.
Цена: 60 500 руб.
Рассылка: